Последняя из рода Френчей

«…спросив, где находятся мои драгоценности, они пообещали мне, что расправятся со мной как с собакой, если не найдут их».

Хрустальная люстра упала и разлетелась на тысячи мелких сверкающих осколков… Красноармейцы накинулись на поместья Екатерины Перси-Френч, как коршуны на беззащитную добычу. Громили мебель, картины, посуду, словом, все, что попадалась под руку. Искали драгоценности. Не нашли. Говорят, звук разбивающегося вдребезги хрусталя до сих пор слышится в пустых стенах заброшенного дома.

DSC_01102
Усадьба Екатерины Перси-Френч (пос. Тереньга, Ульяновская область)

Екатерина Максимилиановна Перси-Френч (англ. Кэтлин Эмилия Александра, 1864, Париж – 1 января 1938, Харбин) –  богатая помещица, благотворитель, меценат.

Образованная, интеллигентная, свободно владеющая тремя языками, она могла жить, где пожелает. В Ирландии в фамильном замке Монивей, в собственном доме в Лондоне, во Франции…  Европа нараспашку открывала перед ней свои двери.  Но она, как Пушкинская Татьяна «русская душою», пахнущему дорогими духами Парижу предпочла Симбирск, где раскинулись владения ее дедушки по материнской линии. Упорства и трудолюбия юной Екатерине было не занимать, и вскоре Киндяковка превратилось в одно из самых процветающих имений во всем уезде. Состояние Перси-Френч по подсчетам завистливых глаз составляло 50 миллионов рублей. Деньгами богатая помещица не сорила и активно занималась благотворительностью. В начале 1900-х годов Екатерина Максимилиановна возглавила Симбирское общество христианского милосердия, опекала общину сестер Красного Креста, принимала деятельное участие в открытии и содержании госпиталей, бесплатных столовых и раздаточных продовольственных пунктов в губернии, покровительствовала искусству. В 1903 году она купила в Симбирске один из престижных домов, в котором создала картинную галерею, впоследствии ставшую основой художественного музея, а в 1912 году заказала симбирскому архитектору проект беседки, которую установила как памятник писателю Гончарову, некогда гостившему в Киндяковке.

Но на пороге стоял 1917 год. Революция разрушающей волной покатилась по России…

 «Силы небесные! Это же не революция в полном смысле этого слова. Варвары, и в особенности их молодое поколение, набросились на мои поместья, на плоды моего многолетнего труда и за три дня разрушили храм созидания, искусства, науки и благородства, на восстановление которого уйдет три столетия, да и то вряд ли его удастся воскресить все в прежнем великолепии».

Имение Перси-Френч было полностью разграблено, а сама хозяйка оказалась в тюрьме сначала Симбирской, потом Московской.

 «Нестерпимая духота напоминала мне катакомбы в Венеции. Еда состояла из зловонной селедки и протухшей капусты. Мне стало дурно, когда я вошла в камеру. Шум стоял неопи­суемый и днем, и ночью. Меня мутило от голода. Три месяца мне не удавалось нормально выспаться. А освободили меня без каких-либо разъяснений и извинений. Просто-напросто мне объявили, что направленный материал не давал достаточных оснований для моего ареста. Итак, через три месяца я оказалась на улице. Без копейки денег».

Исследователи считают, что к освобождению Екатерины Максимилиановны был причастен ее троюродный брат, Конрад O’Брайен Френч, ставший прообразом знаменитого Агента 007 Джеймса Бонда. Легенда остается легендой, но доподлинно известно, что зимой 1920 года, когда Перси-Френч оказалась в Финляндии в штабе Британского Красного Креста, они встретились. Сохранились даже воспоминания Конрада об этой встрече:

«Она больше не походила на элегантную состоятельную леди, а скорее напоминала маленькую старушку, утомленную душой и телом. Неторопливо и обстоятельно она поведала мне свою историю, описав свои злоключения и страдания, разрушившие ее жизнь. Немногим, лишившимся в этом мире всего и вынужденным вновь пробивать себе дорогу в жизни, удается пройти это испытание…»

Из Финляндии Перси-Френч отправилась в туманную и дождливую Ирландию, но на этом ее скитания не закончились. В фамильный замке Монивей хозяйничала ее двоюродная сестра, с которой Екатерине Макисмилиановне так и не удалось найти общий язык. Да к тому же страну сотрясала национально-освободительная революция.

«Сбежав от одной революции, я не думала, что окажусь в другой».

Из Ирландии она перебралась во Владивосток, а оттуда в Харбин, где прожила 18 лет, до последнего дня не теряя надежды вернуться в родное Киндяковское имение и восстановить его…

Во время своего последнего пребывания в Ирландии она наперекор родным достроила усыпальницу для погребения своего отца, в этой усыпальнице, согласно завещанию, был погребен прах и самой Екатерины Френч, последней из рода Френчей.

An Irish Woman in Czarist Russia by Jean Lombard

«Последняя из рода Киндяковых» на сайте Времена.ру

«Киндяковская помещица Кэтлин Перси-Френч. Привратности судьбы» на сайте Вестник К

Выставка «Легенда Симбирска» в Художественном музее Ульяновска (сайт www.ulgrad.ru)

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s